Апофения: хаос или порядок

Апофения: хаос или порядок
Творчество — загадочное явление. Способность талантливых людей услышать мелодию в шуме ветра или увидеть призрака при лунном свете иногда пугает обывателей, хотя в детстве многие из них тоже могли в узорах ковра или облаках угадать образ человека или животного. Одни главным двигателем творчества считают талант. Других пугает паранойя, которая иногда сопутствует таланту. Некоторым кажется, что человек, излагающий свою новую теорию, бредит. И все привыкли к обстоятельству, что талант и бред идут рядом.

Самый главный источник тайн в настоящее время не космос и океан, а мозг человека. Наука уже давно изучает скрытые процессы в психике человека. Оригинальная теория иногда граничит с бредом. Навязчивая идея может привести к открытию. В пограничных состояниях много общего. Объединяющее начало этих явлений может крыться в апофении. Автором термина считается Клаус Конрад. Речь идет об одном из проявлений острой фазы шизофрении. Больным случается связывать между собой вещи и случаи, между которыми нет ничего общего. Апофении противостоит эпифания. В случае эпифании человек переживает взаимосвязанность явлений, происходящих в мире. К термину, созданному в 1958 году немецким психиатром и невропатологом, обратился Питер Брюггер, когда создавал труд о призраках. Швейцарский ученый видит в апофении следствие ущербности человеческого мышления.

Апофения подразумевает преобразование случайных связей в закономерности, распространяющиеся на явления противоположного характера. Каждое совпадение в этом случае видится наполненным смыслом. Иногда человек, не зная, как поступить, полагается на жребий и бросает монету, считая, что судьба ответит ему, выбрав одну из сторон монеты. Часто решение, основанное на такой логике, бывает ошибочным.

Математическая статистика учитывает все возможные факторы, включая ошибки. В системе понятий этой науки апофению рассматривают в качестве ошибки первого рода, которая подразумевает искажение реальности. Кто-то верит в существование крылатых розовых слонов, хотя таких существ в природе не встречается. Это и есть ошибка первого рода. Ошибка второго рода подразумевает поиск системы там, где царствует случай.

Казалось бы, ошибок нужно избегать. Но именно ошибки первого рода помогли выжить многим нашим предкам: тот, кто видит в каждой тени крадущегося пещерного медведя, всегда готов спасаться. Игра смыслами в сенсорной активности позволила нашему мозгу создавать верования и распознавать образы. Люди способны увидеть глаз в воронке урагана, услышать слова в радиопомехах, и на основании этого утверждать, что в дело вмешались инопланетные силы или зреет мировой заговор. Иногда подобные допущения помогают находить неожиданные решения. Иногда они просто делают нашу жизнь менее скучной. Вы угадали в облаках караван верблюдов? Это может вдохновить на создание романа или останется поводом помечтать.

На стене появились пятна света. Человек принял их за сигналы НЛО. Это был свет фар автомобиля. Апофения сыграла с человеком злую шутку. Другой человек в силу каких-то причин считает, что общается с судьбой посредством монеты. Орёл или решка? Неважно, какой из вариантов выпадет. В логическую цепочку уже вкралась ошибка.

У апофении две стороны. В одних случаях она оборачивается фантазией. В других ситуациях апофения может привести к катастрофическим последствиям. Обратной стороной фантазии является бред. Но апофения встроена в наше сознание. Эта особенность позволяет человеку адаптироваться к различным условиям.

Многие ученые утверждают, что творчество является следствием наличия у человека апофении. Часто исследователи обращаются к словам Леонардо да Винчи. Он учил, что в пятнах на стене можно разглядеть удивительные пейзажи: горы, озера, расщелины. В игре света и теней среди трещин и выпуклостей проступают фигуры людей и животных. Если разбудить воображение, то эти люди вступят в битву. И тогда можно заметить их жесты и выражения лиц, соответствующие событию.

У психологов свое мнение об апофении. Их больше интересует связь апофении с психическими расстройствами. Апофения свойственна не только поэтам, но и тем, кто охотится за снежным человеком или видит ауру вокруг тела. Не будет большой ошибкой считать увлеченность уфологов навязчивой идеей. Утверждают, что Вальтер Скотт, когда работал над «Айвенго», слышал треск ломающихся копий. Люди, страдающие шизофренией, тоже слышат голоса. Человек, страдающий паранойей, будет утверждать, будто за ним гонятся спецслужбы, на основании того, что он повстречал полицейского. Во всех случаях присутствует апофения.

Исследователи из Унивеситетского колледжа Лондона обнаружили, что некоторые симптомы шизофрении и склонность находить закономерности в случайных событиях, страсть приписывать событиям смысл вне логики связанны между собой. В эксперименте участвовало несколько групп. Каждая группа была представлена определенным шизотипом. Его определяли по личностной шкале склонности к психозам. Испытуемым предлагали просмотреть анимационные фильмы. В этих фильмах на экране передвигались две фигуры. В первом фильме движение фигур было независимо друг от друга. В другом ролике одна фигура сталкивалась с другой. Людям был задан вопрос: существует ли закономерность в движении фигур? Испытуемые с высоким показателем шизотипии обнаружили закономерности в обоих фильмах. Испытуемые, склонные к бреду, утверждали, что треугольники, хаотично двигающиеся по экрану, способны мыслить. Якобы один треугольник гнался за другим, а тот был вынужден скрываться от преследователя. Некоторые люди из группы развивали эту идею, утверждая, что треугольники хитрят друг перед другом.

Объединять апофению с одними лишь галлюцинациями было бы не совсем корректно. Апофения относится не только к сектору чувств. Смысл создается совокупностью сенсорных и когнитивных процессов.

Брюггер, исследуя апофению, сканировал головной мозг испытуемых. Судя по результатам, апофению может вызывать усиленное функционирование правого полушария. Именно ему, а точнее, нейронным связям в нем, мы обязаны возникновением ассоциаций и метафор. Правое полушарие более вольно обращается с информацией в отличие от левого собрата.

Параллельно в правом полушарии может родиться две мысли. Сознание может породить иллюзию осмысленной связи между ними. Этот вывод Брюггер вынес из наблюдения за испытуемыми, когда они следили за серией случайных вспышек. Люди, следившие за точками, загорающимися справа, в большинстве случаев находили в них рисунок. Группа, выбравшая вспышки с левой стороны, посчитала их поведение анархичным.

Проблему обычно рассматривают комплексно. Ещё одной причиной возникновения апофении может быть дофамин. В серии экспериментов, проведенных в 2002 году, было замечено, что люди с более высоким содержанием этого гормона чаще обнаруживают смысл в совпадениях и сходство в случайных выборках фигур.

Люди с маниакально-депрессивным психозом в заданиях, где нужно было проявить творческие способности, предлагали много оригинальных ассоциаций. Брюггер заметил, что людям в состоянии биполярного расстройства кажется, будто всё связанно между собой. Может оказаться, что у кота, крема и пылесоса есть много общего. Часто мании сопутствует апофеническое языковое расстройство. В этом случае для связи между словами решающим является не смысловое согласие, а звуковое сходство (грант, франт). Вирджиния Вулф, страдающая психическими расстройствами, принимала щебет птиц за греческий язык.

Проявления апофении у людей, переживающих стресс, свидетельствует о том, что это явление не всегда является следствием болезни. Иногда апофения является реакцией на форс-мажорные обстоятельства. Это ещё одна отсылка к теории о выживаемости. Пассажир после аварийной посадки самолета делился впечатлениями с журналистами, рассказывая не только о ходе полета, но и об одежде стюардесс, а также о том, как он посещал школу вождения автомобилей. Мозг, активизировавшись в минуты опасности, искал выход из ситуации и попутно создал фантастическую связь между фактами, не имеющими друг к другу никакого отношения.

Дэвид Моррис, служивший во флоте, написал книгу о посттравматическом стрессовом расстройстве. Он много рассказывал об апофении. Люди, участвующие в боевых действиях, всегда суеверны. В этих суевериях часто прослеживается уже известная связь между случайными фактами. Каждое совпадение становится глубоко символичным. У вещей появляется новый смысл. Так мозг защищается от страха смерти. Сознание ищет альтернативные способы выживания, готовится к любой неожиданности.
Люди, вернувшиеся с войны, часто не могут перестроить работу мозга в мирный режим.

Апофения — вред или благо? Экспериментальных данных пока явно недостаточно. Но и по имеющейся информации можно судить об этом свойстве психики. Апофения и воображение неразлучны. Можно ли пожертвовать гениальными озарениями ради стабильной работы мозга? В секунды опасности с помощью апофении мозг может выдать фантастический результат, предлагающий путь к спасению. В то же время апофения — дверь в безумие. В любом случае это свойство «вшито» в наш мозг.