Лукавство гуманизации

Глобализация, словно приливная волна, накатывает на наши берега, и как после прилива на берегу остаются дары морей, так и глобальный мейнстрим привносит в жизнь новые слова и термины. Среди них - политкорректность. Этот термин пускает сегодня ростки во все сферы бытия. Не миновал он и психиатрию.


Государство умывает руки


В книге американского автора Э. Фуллера Торри «Шизофрения» рассказывается об особой форме политкорректности: деинституциализации. Под этим неологизмом скрывается снижение роли государства в процессе лечения психиатрических заболеваний. Снижение, невмешательство и в итоге - полноценное признание гражданских прав за психически больными людьми.


Подобное стало возможным благодаря целому ряду причин

Первое - старания армии адвокатов. Именно силами юристов ряд судебных тяжб с участием психически неполноценных личностей завершились победой последних и не столько над госсистемой, сколько над здравым смыслом. 


Например, в штате Нью-Йорк ушлый защитник доказал, что его подзащитный, хронический шизофреник, никакой опасности для себя самого не представляет! Судья вынужден был согласиться с подобной казуистикой и отменил постановление о принудительном лечении человека, заподозренного в пироманских выходках в своем и близь лежащих домах. Представьте, как решению суда «обрадовались» соседи пиромана! 


В связи с подобными прецедентами Фуллер Торри иронизирует, что в награду за свои старания юристы в Штатах обрели целый класс больных людей, которые свободны… Свободны пребывать в постоянном, бесконтрольном психозе.


Вторым элементом деинституциализации автор «Шизофрении» называет книгу Кена Кизи «Пролетая над гнездом кукушки». Это произведение увидело свет в 1962 году и быстро стало мировым бестселлером. Впрочем, мы на постсоветском пространстве сначала познакомились с одноименным фильмом. «С легкой руки» любителя наркотиков Кизи люди стали смотреть на госпитализацию психически больных как на активное зло. На зло, с которым нужно бороться. В фильме этой борьбой обаятельно занимался герой в исполнении актера Джека Николсона.


Третьим по порядку, но главным по влиянию, стоит поставить деятельность врачей подобных итальянскому психотерапевту Франко Базальи. Его статьи о необходимости ликвидации психиатрических стационаров нашли отзыв в сердцах тысяч гуманистов. [По всему западному миру покатилось антипсихиатрическое движение под девизом: «Нет психбольницам, свободу нашим братьям и сестрам!»]




Антипсихиатрия на марше


Вектор общественного мнения в Америке по отношению к психиатрическим клиникам изменился в середине 60-х. Из года в год стали ослабевать позиции государства, уступая общественным институтам право лечения и контроля психически неполноценных личностей. Так, если в 1955-м году в американских психбольницах лежали 560 тысяч хронических больных, то в 1993-м их числилось менее 90-та тысяч.


Сравнив эти цифры с динамикой роста населения, Фуллер Торри приходит к неутешительному выводу: «порядка 800 000 психически больных людей пребывают ныне на свободе, живут среди нас… 90 процентов тех, кто в 50-е годы был бы изолирован от общества в клиниках и лечебницах, ныне там не находятся».



В 90-е годы антипсихиатрическое движение распространилось и на постсоветском пространстве. До перестройки государство считало своим долгом бесплатно заниматься лечением и опекой психически больных людей. Новые идеи ситуацию в корне изменили. Нет, специалистов в области психиатрии не стало меньше, но они в большинстве своем нынче предпочитают заниматься частной практикой. Простая консультация обходится в кругленькую сумму, а процесс полноценного лечения «душевной смуты» теперь под силу оплатить лишь избранным.


Еще нюанс. Один за другим с прилавков аптек пропадают дешевые отечественные, необходимые для купирования припадков или для поддержки жизни инвалида, препараты. Им на смену приходят импортные, на порядок более дорогие, значит и менее доступные.


Кстати, до внедрения проекта «деинституциализации», психиатрическая помощь в США оказывалась бесплатно. Государство, с одной стороны, заботилось о больных, с другой гарантировало нормальным людям известную безопасность от взаимодействия с сумасшедшими. Нынешняя статистика по Штатам удручает. Как минимум 10 % больных шизофренией, живя свободно, применяли в драках оружие. 30% выписанных из клиник мужчин и женщин совершили как минимум один акт насилия в первые три месяца после выписки. Резко возросла агрессия внутри семей, вынужденных мириться и сосуществовать с явно больными людьми.


Обаяние «провального примера»


С опозданием, но уверенно мы движемся по чужому проторенному пути. Маршрут прост: от гневного обличения «карательной психиатрии» и резкого снижения государственного финансирования клиник к признанию презумпции «гражданских прав» больного. Как результат – возросший процент бомжей и алкоголиков с психическими патологиями на улицах, бессмысленные акты насилия за дверями квартир.


Социальный проект по «деинстицуализации» Фуллер Торри называет одним из самых провальных в истории Штатов. Однако, проект не свернули, а волны глобализации разнесли его по другим странам. Передовая Европа, начиная с 70-х годов, отказывается от психиатрических стационаров, попутно борясь за гражданские права своих бывших пациентов. Италия, Швеция, Швейцария сегодня могут похвастаться полным отсутствием психиатрических клиник.


С начала 21-го века больницы и дома - интернаты данного профиля сокращаются и в странах СНГ. На смену стационару идет призрачное амбулаторное наблюдение. Нынче и у нас шизофреник сколь угодно долго может угрожать своей семье или окружающим, но до тех пор, пока он не привел свои угрозы в действие, никто его изолировать не будет. А лечение больной будет проводить по своему (!) усмотрению.


Шизофрения как социальный индикатор


Ныне стараниями глобалистов шизофрения из разряда патологии личности плавно переводится в « социальную болезнь общества». Смещаются акценты. Черное объявляется белым, больное здоровым. На сцену бытия выходит политкорректность. Ее нежным шепотом острый психоз превращается в форму экстравагантного поведения и отдается на откуп звездам искусства и шоу-бизнеса.

На западных психологических конгрессах сегодня принято давать слово пациентам, приглашать их к участию в работе форумов и секций. По мере сил и между припадками, разумеется. Так что, нам есть к чему стремиться!


P. S. На днях довелось ехать в междугороднем автобусе. Путь был неблизкий, но он стал втрое длинней из-за соседства дамой бальзаковского возраста, пребывавшей в состоянии острого психоза. Каждые пять минут женщина обращалась к окружающим с беспокойным речитативом на тему: «Куда я еду?», «Зачем я еду?», «Кто я?» и проч. А еще у дамы был с собой кот. И ее «экстравагантное» обращение с животным стало дополнительной нагрузкой для психики попутчиков. Только через три часа пути, когда автобус встретили родственники женщины, пассажиры смогли спокойно вздохнуть. А если родственники отсутствуют? Куда везти подобного клиента? Ни диспансеры, ни редкие профильные больницы ее просто не примут, а где находятся те самые «общественные институты» большинство из нас просто не знают…